Колобок и Татьянин день

Колобок любит учиться. Он много читает, а также узнаёт интересные вещи из своих поездок. Однако учиться в университетах мучным шарам не велено. Но праздник в честь студенчества наш герой пропустить не может.

Поэтому, посовещавшись с другом, Колобок предпринимает решение исследовать быт студентов. Он понимает, что представляет собой весьма аппетитный кусок, но всё же готов рискнуть. Так хлебный друг молодёжи знакомится с новыми друзьями, узнаёт много нового из жизни начинающих учёных и, конечно же, пробует готовить новые блюда.

Колобок в поисках новых тем

Стоило Колобку выглянуть на улицу, как он понял: «Пора». Погода стояла ясная, снег блестел под окном свежим белым покрывалом. Наверняка он хорошо хрустит под ногами! Но, к величайшему сожалению Колобка, сейчас в поместье не сильно разгуляешься. 

Александр Николаевич Афанасьев услышал тяжкий вздох своего друга. Он понял, что Колобок тоскует по новым приключениям. Но на всякий случай спросил:

– Ты хочешь прогуляться, не так ли?

– Да, только… – Колобок виновато потупил глаза и заулыбался, – Только хотелось бы где-нибудь в другом месте. А то скоро могут поползти слухи – мол, так и так, живёт у господина Афанасьева мучной говорящий шар. И что я делать тогда буду? 

– Да, ты прав, – подумав, произнёс Афанасьев, – Но куда бы ты хотел отправиться? Надеюсь, не в совсем уж дальние края?

– Нет, – вздохнул Колобок, – сейчас погода не та. А так бы я и в Сибири побывал, и на Кавказ съездил! Я вообще люблю учиться. 

Подобная фраза была откровением для самого хлебушка. Как будто до сих пор он не совсем себя понимал, а тут вдруг как увидел, что ему хочется от жизни – да и обомлел. Ведь Колобок действительно прилежно узнавал русскую грамоту, писал без ошибок, а с недавних пор решил немного узнать и кое-что из французского с немецким. Ещё в библиотеке у Афанасьева стоял старинный глобус, и мучной шарик его просто полюбил. Как жаль, что этот круглый предмет не мог ожить и рассказать свою историю! 

– Но что тебе нравится больше всего из наук? – спросил Александр Николаевич, отвлекая Колобка от тяжёлых раздумий по поводу глобуса.

– Мне нравится всё, – решительно заявил хлебушек, – От размышлений о жизни до географии, – он кивнул на глобус, – Но больше всего всё, что связано с людьми.

О Татьяне

– А ты неплох, – рассмеялся сказочник, – Тогда почему бы тебе не поехать в Московский университет? Ведь скоро как раз его день, посвящённый святой Татьяне, покровительницы студенчества!

– Ой, а что это за Татьяна? – напрягся Колобок, вспомнив кухарку Александра Николаевича. Добрая женщина его обожала, но все попытки оживить пищу с её помощью до сих пор оставались тщетными. 

– Это святая, жившая в далёкое время ещё Римской империи. Она пострадала за свою стойкость в вере, но и людям, и животным было её жалко. Лев, вместо того, чтобы съесть Татьяну, начал к ней ласкаться. Поэтому, возможно, именно в день 12 января, в Западной Европе же это 25 января, императрица Елизавета Петровна решила открыть самый главный университет в нашей стране, – подробно объяснил Афанасьев. 

– Ой, а ты ведь тоже там учился? – спросил Колобок, тоже немного пожалев святую Татьяну. 

– Да, и могу сказать, что то были одни из самых чудесных дней моей жизни! – заулыбался Афанасьев, – Хоть и жил я тогда небогато, и мало что способен был иметь, и занятий у нас было много… Так что давай я тебе дам письмо к историку одному, которого имею честь знать? Зовут его Сергей Михайлович Соловьёв, говорят, весьма интересный профессор, хоть и педант страшный. Но есть у меня мысль, что и через много лет будут читать его труды и дивиться его знаниям!

– Давай, – сказал Колобок, – А не будет ли для него дивом обнаружить говорящий хлеб?

– Ну, преподаёт Соловьёв историю Древней Руси, а там и не такие чудеса бывали, если верить летописям…

И Афанасьев хитро подмигнул своему приятелю.

Жилище студента Кузнецова

Собрались Колобок с Афанасьевым и поехали в Москву. В этот раз они не стали ничем любоваться. Их целью был сам Московский университет, овеянный многими славными именами уже в то время. Правда, несмотря на то, что Колобок хотел учиться, его бы вряд ли пустили в число студентов. Однако Александр Николаевич решил всё же переговорить с Соловьёвым – а вдруг поможет? Но на праздник оба друга решили прийти.

Афанасьев уже стоял в зале университета с саквояжем под мышкой. В этой дорожной сумке и прятался Колобок да посматривал по сторонам. Большое пространство, белые колонны – а вокруг огромное число учёных мужей с важным видом разгуливает!

– Смотри, вот Сергей Михайлович, – шёпотом обратился к другу Афанасьев, – Если ты с ним поговоришь, не забудь сделать комплимент его истории!

– Но она же в нескольких томах, и я её не читал, – резонно заметил Колобок, – Постараюсь сказать несколько общих фраз.

Встреча

Однако, едва увидев Соловьёва, мучной хлебушек занервничал. Он начал оглядываться по сторонам. Рядом с ними постепенно росло количество другого народа – тоже учёного, но помоложе. Видимо, это и были студенты. Одни из них носили вид строгий и основательный. Другие, видимо, по ошибке явившиеся на торжественную церемонии, хихикали и толкали друг друга локтями. Но попадался ещё и третий сорт студентов. Они тоже волновались, как и Колобок в саквояже. Один из них, весь растрёпанный, чуть не налетел на Афанасьева. Когда Александр Николаевич выразил ему своё недовольство, студент рассыпался в извинениях. Это был маленький рыжеватый юноша, весь в веснушках. Он выглядел младше своих лет. Увидя, как он пытается загладить свою вину, Афанасьев улыбнулся.

О том, как учились женщины в те далёкие дни, читайте в статье «История женского образования в России»

 А Колобок опять понял. Пора ему наконец-то сделать что-то важное! Мучной шарик напрягся и перескочил из саквояжа в торбу студента.

– Прошу меня извинить, сударь, я правда не хотел… – оправдывался юноша.

– Ничего страшного, я вижу, что вы торопитесь, – говорил Афанасьев. Краем глаза он заметил движение Колобка, но решил ему не мешать.

– Ой! Кажется, я не захватил листка с речью! – побледнел студент под своими веснушками и почти сразу же скрылся из глаз. 

– Ну что ты будешь делать, – пробормотал Афанасьев, но на всякий случай остался на месте. Очень ему хотелось потолковать с Соловьёвым о воззрениях древних славян.

В гостях

А студент торопился домой. Он летел как на крыльях к себе на съёмную квартиру. По дороге юноша не переставал удивляться неожиданной тяжести своей торбы, но решил пока её не открывать. Про листок с речью он помнил. Как и то, что оставил его на кухне, рядом с кашей.

– Маланья! – закричал с порога студент, – Ты не видела, где мой листок лежит?

– Какой такой листок? – высунула из прихожей голову старая кухарка. – У вас вся квартира в листках, да только Бог ведает, что на них написано!

– Ладно, – сказал юноша, сняв торбу и попытавшись порыться в ней. – Может, он зде… Да что это такое? 

На пол небогатого жилья студента прыгнул Колобок.

– Ты – Колобок? – ахнул молодой человек, чуть опомнившись от неожиданности.

– Да, а откуда ты знаешь?

– У меня рядом с домом в Угличе такое пекут. Только вот удивительно, что ты разговариваешь…

– Да, – подбоченился мучной шар, – и учён я не меньшего твоего. Так что представься.

Знакомство

Юноша почесал в голове и вымолвил:

– Я Федя, точнее, Фёдор Фёдорович Кузнецов, студент первого курса юридического факультета. Мечтаю закончить университет и заниматься изучением древних русских городов. В этот момент прохожу курс у профессора Соловьёва.

В его голосе начала сквозить гордость. Колобок удивился речи студента Кузнецова, но тоже протянул руку:

– Приятно познакомиться. Я бы тоже хотел учиться, но я…

– Шар, – закончил за него Федя Кузнецов, – А как ты ожил, если не секрет?

– Приблизительно так же, как и я, – раздался с кухни тоненький голосок.

И сразу же вслед за этим кухарка Маланья рухнула на пол.

– Кто это? – с надеждой в голосе проговорил Колобок, прибежав на кухню небольшой съёмной квартирки.

На столе стояла каша, из которой и шёл голос, немало удививший Маланью с Кузнецовым. Каша вместе со своей тарелкой приподнялась на цыпочки и рассудительно заметила:

– Вроде бы живёте среди цитадели науки, а пугаетесь всего, как малые дети!

Так Колобок и познакомился с ещё одним другом – кашей Сименухой из старинного Углича. После того, как все успокоились, она рассказала честной компании о своём не слишком благородном, но, без сомнения, питательном происхождении. А Маланья поправляла питомицу, когда та ошибалась. На продолжение церемонии и студенческие гулянья Кузнецов в этом году не пошёл.

Сименуха

«Без каши обед не в обед» – так гласила русская пословица. И каша сименуха полностью оправдывает эту народную мудрость. Так давайте же приготовим эту сытную гречневую кашу с добавками и подарим себе бодрость на целый день! Для сименухи нам потребуются:

• 300 грамм гречки,
• 3 яйца,
• 1 луковица,
• 100 грамм грибов, можно шампиньонов,
• 30 грамм сливочного масла,
• соль и перец по вкусу.

Сначала выложим гречку в небольшой горшочек. Зальём её водой в пропорции 1 к 2. Поставим горшочек в духовку при 150 градусах. Как только вода выкипит, дольём ещё горячей воды – так, чтобы гречка была ею полностью покрыта. Потом выключим духовку и оставим гречку стоять в тепле некоторое время.

Пока гречка готовится, не время отлынивать! Необходимо нарезать лук колечками, потом обжарить его до золотистой корочки. В сковороду надо добавить мелко нарезанные грибы. Всё это слегка обжариваем вместе. В это время яйца следует отварить вкрутую.

После того, как каша дойдёт в горшочке, заправим её грибами и луком. Яйца мелко нарежем и добавим в кашу. Смесь перемешиваем. Сверху на неё кладем сливочное масло и – опять в духовку. Она должна быть разогрета до 150 градусов. Томим кашу в ней минут 10. 

Теперь – время подачи. Посыпаем сименуху зеленью для красоты и вкуса. Можно добавить также ложку подогретых сливок. Приятного аппетита и новых знаний!

Сохраните память

Рассказать о своих студенческих годах или поделиться любимым рецептом можете и вы. Для этого вовсе необязательно быть учёным. Просто зарегистрируйтесь в Цифровой капсуле времени и творите свою историю. Родословное древо, рассказы из жизни семьи или фото из отпуска вместе с друзьями – поведайте потомкам всё, что считаете нужным. Ваши воспоминания будут храниться почти неограниченный срок жизни. Вы сможете передать их тем из ваших родственников, кому пожелаете. Если же вы сами почему-либо не можете оформить разделы капсулы, вам помогут ИИ-ассистент или личный историк.